Официальный сайт группы Конец Фильма

Время разбрасывать камни / салон AudioVideo, №6 2003 г.


«КОНЕЦ ФИЛЬМА»:
ВРЕМЯ РАЗБРАСЫВАТЬ КАМНИ





автор: Елена САВИЦКАЯ
helen@salonav.com




У них есть песня про “девочку с длинной и острой косой” (“Желтые глаза”) и песня про девочку, которая, возможно, “не курит и не пьет” (“Элис”). Провокационный клип на первую в свое время довольно широко ротировался на MTV, другая без перерывов звучала (и звучит до сих пор) изо всех радиоточек, затмив успех своей английской прародительницы. А исполнила их одна и та же группа – «Конец фильма», чей дебютный альбом «Саундтреки» (2001) был отмечен критикой за «отполированный саунд с акцентом на гитарную полуакустику и клавиши а-ля "Doors”. Однако за многообещающим стартом последовал период пугающей неизвестности, связанный с серьезной болезнью одного из основателей группы Владимира Джумкова (к тому времени уже автора сольного альбома «Джума»). Тем не менее, «Конец фильма» нашел в себе силы продолжить и записал новый альбом. В нем тоже есть песни про женщин, тоже есть веселые каверы, но все далеко не так отполировано и радужно. Называется альбом «Камни падают вверх», а основным автором песен является вокалист Евгений Феклистов, который и ответил на наши вопросы.

Альбом записывался в сложный для группы период. Как удалось мобилизовать силы?

Мы решили не откладывать выпуск этого альбома и попытались сделать его на максимально высоком уровне, независимо от обстоятельств. Желания распустить группу не было, мы хотели бороться до конца. И команда доказала свою состоятельность и жизнеспособность. В тех, мягко говоря, экстремальных условиях, в которые нас поставила жизнь, проявились лучшие качества людей, участвовавших в проекте.

Как сейчас чувствует себя Джумков?

Володя сейчас находится дома, в Эстонии. Мы недавно созванивались, он сейчас чувствует себя значительно лучше, чем после операции, которая состоялась перед Новым годом. На сегодняшний день болезнь отступила, но на презентацию альбома Володя приехать не сможет. Рак – не насморк, с ним не так просто справиться. Но мы все преисполнены оптимизма. Хотим еще раз поблагодарить всех, кто помогал нам и без чьей помощи все было бы далеко не так хорошо.

Кто занял вакантное место гитариста?

На гитаре сейчас играет Петр Миков. У нас вообще-то было два гитариста, второй из них, Вячеслав Мотылев, ушел в группу «Бутч», в которой сейчас играют его бывшие коллеги по «Маше и медведи». У Петра большой опыт сессионного музыканта, он много работал за рубежом. Думаю, в рамках нашего проекта он смог найти применение своим творческим способностям. Да и мы многое приобрели, так что не все связано с потерями.

Как изменилось звучание, стиль группы по сравнению с первым альбомом?

Наш первый альбом «Саундтреки» был намеренно эклектичным. Второй получился более сдержанным по стилю, более гитарно-роковым. Мы изначально, когда в составе еще был Вова, предполагали, что второй альбом будет более жестким. Хотя, наверное, все-таки не таким жестким, каким он вышел в итоге. Я не могу сказать, насколько это адекватное отражение того, что мы сейчас чувствуем, но, скорее всего, это естественная реакция на агрессивность окружающей среды. Когда человек чувствует давление со стороны, он сжимает челюсти и показывает свои скулы. Тем не менее, несмотря на внутренне напряжение, альбом – все же достаточно оптимистичный, там присутствует какая-то романтика и гармония. Ощущается подспудное влияние других музыкальных стилей, как, например, в песне «Весна», где клавишные играют в откровенно классической манере.

К альбому «прилагаются» целых четыре бонус-трека, три из которых представляют собой новые песни. Почему вы не включили их в основной раздел?

Альбом «Камни падают вверх» – совершенно законченное произведение из десяти песен. Он создан как бы в сорокаминутном формат винила, который мне близок и приятен. За это время вполне можно высказать законченную мысль, создать настроение. Потом начинается перебор. Но так как современный слушатель не хочет покупать 40-минутный альбом и платить за него, как за часовой, мы даем ему добавки. Помимо четырех бонус треков, в альбом входят клипы «Я дам тебе всё» и «Жёлтые глаза» плюс видеосъемка песни «Зима» для «Голубого огонька» РТР, которая в эфир так и не попала.

Получается как бы серьезная часть и часть развлекательная.

Да, тем более, что у нас очень разноликая аудитория. Так сложилось исторически. Есть те, кто полюбил нас за песню «Жёлтые глаза», и есть те, кто знает в первую очередь «Элис» и даже не ассоцирует нас с другим материалом. «Элис» – это такая песня-шутка, мегауспех которой для нас был непрогнозируемым. У нас нет никаких оснований ненавидеть какую-то часть нашей аудитории, поэтому на новом альбоме мы учли интересы разных людей. Песня «Женщина, с которой я переспал» наверняка порадует слушателей, которые хотят видеть в нас шутников. Так же, как и «Постой, паровоз» – кавер-версия знаменитой песни группы Animals, на которую положен всем известный русский текст.

Чья это была идея?

Не могу сказать точно. Сейчас уже ходят слухи, что такой вариант исполнения известен аж с 60-х годов. Я не знаю, кто открыл Америку – викинги или Колумб. Могу сказать, что в 92-м честным образом пытался перевести песню «Дом восходящего солнца» на русский язык и столкнулся с тем, что этот текст на русском уже существует в песне «Постой, паровоз!». В одной песне поется про пропащую судьбу, бродягу, у которого отец был игрок, и в другой - та же тема игры и пропащей судьбы. Идея совмещения этих песен лежит на поверхности, я не считаю ее гениальным открытием. Не думаю, что наша версия способна ущемить чьи-то интересы, в любом случае музыка и слова – народные. Для меня не существенно, что это разные народы. Моя заслуга лишь в исполнении, на авторство я не претендую и ничего себе в связи с этим не намерен присваивать.

А кто такой Нарцисс, с которым вы сделали рэп-версию песни «Зима»?

Нарцисс Пьер – представитель республики Камерун, темнокожий парень, живущий в России. Мы впервые увидели его в программе «12 злобных зрителей», сначала в качестве участника, а потом и ведущего первоапрельского выпуска, где как раз показывали наш клип. Сейчас он участвует еще в каком-то «звездном» телешоу, он вообще очень активный, пассионарный человек. Я уже предвижу, что нас обвинят в том, что мы взяли человека из рейтинговой передачи и записались с ним, чтобы поднять свою «дохлую» популярность. Но рэп-версию «Зимы» мы сделали почти два года назад, почти сразу после выхода первого альбома, когда Нарцисса, в отличие от нас, еще почти никто не слышал и не знал. Будет здорово, если он в конце концов станет звездой! Буду только рад!

Давайте вернемся к основной части альбома. Что значит его название и кто его герой?

Это человек, который прожил достаточное количество лет и знает жизнь не только с радужной стороны. Он лишен иллюзий, у него отсутствует состояние гармонии. Он попал в водоворот не всегда понятных для него внешних обстоятельств, и чувствует, что что-то происходит неправильно. «Камни падают вверх» – это как раз метафорическое определение неправильного мира, где все стоит не на своих местах. Но есть еще другой, внутренний мир, в котором звезды светят даже со дна реки. Конечно, отпечаток грусти и местами даже ощущение безысходности в этом альбоме присутствует, но я не считаю его упадническим – послушайте хотя бы ту же «Весну».

Но после «Весны» идет «Зима», а герой в итоге оказывается «В пустоте»...

На самом деле, есть еще один смысловой план, создаваемый музыкой. Когда я пишу песню, я уделяю большее внимание словам, но, когда начинаю работать с группой, появляются параллельные смысловые линии. Музыка позволяет окрасить акценты обреченности и упадничества в более светлые тона. Первая и последняя песни альбома – «Здесь тебя нет» и «В пустоте» - по сюжету очень похожи. В одной описывается утро человека, который не видит своего места в этом мире, и в другой тоже. Но благодаря музыке последняя звучит не так безнадёжно, скорее, с иронией.

Похоже на фарс – все эти ухающие тубы и «пьяные» куранты...

Да, можно сказать и так. Это ироничный взгляд человека, который видит смешную, абсурдную часть вещей. Но за его наносным цинизмом скрывается что-то сущностное. Хотелось, конечно, чтобы эта туба и вообще эта песня ассоциировалась с музыкой Нино Роты к небезызвестному фильму Феллини, но это уже сверхзадача. Мы не будем раздувать щеки и говорить о том, что намеренно пытались добиться этого сходства, но, если кто-то увидит эту параллель, то отнюдь не случайно.

Ваш чрезмерно экзальтированный, всхлипывающий вокал – это тоже средство иронии?

Ни для кого не секрет, что подобная манера пения сейчас становится популярной. Такой гипертрофированный надрыв используют, например, Radiohead и Muse. Этот прием показался мне очень интересным, так как он позволяет адекватно передать нюансы, которые исчезают, будучи спеты ровным голосом. Это дополнительная краска, более яркая и резкая. Хочется ведь, чтобы песни задевали, а для этого нужно не бояться подчеркнуть какие-то грани. Я допускаю, что мой вокал может кому-то не нравиться. Вообще считаю, что у музыканта должны быть и сторонники, и противники, главное, чтобы не было равнодушия. Меня вполне устроит ситуация, когда сорок процентов слушателей будут меня ненавидеть, а шестьдесят – любить.

Помнится, вы как-то сказали про «Конец фильма», что группу с таким названием никогда не поставят в начало фестиваля. Вняли ли вам организаторы музыкальных мероприятий?

Да нет, нас все время ставят в начало. Видимо, не надо было мне так говорить. Эта провокация из разряда «только не бросай меня в терновый куст». Все решили – нет, мы поступим очень оригинально и поставим вас в начало. Пользуясь возможностью, хочу сказать, что ставить нас в начало фестиваля совершенно неоригинально. Так делают все. Ставьте нас в середину. На самом деле, мы сильно не горюем по этому поводу, так как в начале обычно самый лучший заранеее отстроенный звук, никто еще никаких ручек на пульте не перекрутил.

До «Конца Фильма» вы участвовали во многих проектах, записывали сольные альбомы. Исполняется ли сейчас что-то из тех песен?

Все началось в 80-х в Эстонии, в том числе было несколько проектов с Володей Джумковым. В 1995-м я переехал Питер, где много общался митьками. Саша Флоренский оформил мой сольный альбом, помог морально и материально. Я уверен, что большинство людей купили тогда этот альбом из-за обложки, оформленной Флоренским. В Питере я встретился и с Михаилом Башаковым, мы выступали на одних и тех же фестивалях и квартирниках. Эта встреча повлекла за собой «Элис»... Так что все взаимосвязано. Кстати, песня «Желтые глаза» – из того Флоренского сольника, и вообще многие вещи оттуда до сих пор востребованы.

Где сейчас дислоцируется группа – в Питере или в Москве?

В Москве. У нас сейчас группа состоит из «типичных москвичей», то есть людей, которые в столице не родились, а живут здесь по долгу службы. А Москва, в которой сконцентрирован российский шоу-бизнес, живет по своим законам, и мы даже думаем, что скоро она отделится от всей остальной страны и здесь будет узаконена американская валюта. Если бы у меня возможность выбирать, я бы жил в Монте-Карло, где-нибудь по соседству с Ринго Старром.

Насколько хорошо знают группу «Конец фильма» в родной Эстонии?

Наша малая родина очень сильно изменилась, я был там не так давно. Меня удивило новое громадное здание какого-то банка, которое совсем не вписывалось в архитектуру старого города. Насчет популярности – я почувствовал, что она существует, но о ее масштабах мне судить трудно. Если бы не было границ, мы наверняка выступали бы там каждые выходные, но все осложняется этими непонятными таможенно-визовыми проблемами. К сожалению, сегодня въехать в Эстонию гораздо легче гражданам Соединенных Штатов, чем гражданам СНГ.

Если бы вы снимали фильм, о чем бы он был и какой у него был бы конец?

Ну, в конце бы мы обязательно написали название нашей группы. А лучше и в начале тоже. Я думаю, в этом что-то есть, когда человек приходит в кино, а ему говорят, что кино-то уже кончилось. Секунд пять бы мы выдержали паузу, чтобы народ с негодованием стал свистеть и расходиться. И вот тогда бы началось кино.